Лисица


Лисица, как и волк и некоторые другие звери, относится к «убиквистам», т. е. к животным, обитающим в самых разнообразных местностях.

Действительно, трудно сказать, что является коренным местом обитания лисицы. Она живет и в мрачной тайге и в светлом широколиственном лесу. Далеко заходит в открытую тундру и береговым льдом, «припаем», проникает на многие километры в море, где подбирает выброшенных прибоем на кромку льда рыбешек, крабов, морских ежей и прочие продукты моря. Так, известный путешественник по северу Врангель однажды наблюдал лисиц на льду в 100 км от берега Восточной Сибири. Широко распространен этот зверь и во всех наших степях, откуда поднимается в поры за границу лесной растительности, в каменистые россыпи и скалистые места, которые особенно любит, а также в сочные альпийские луга. Словом, в горы лисица поднимается вплоть до линии вечных снегов. Но, гоняясь за добычей, например, зайцем, она переступает и эту (границу, и следы ее на ярком снегу (среднеазиатских сыртов (высокогорные степи), освещенных темносиним безоблачным небом, также внимательно рассматривает киргиз, как это делает далеко на севере, пользуясь вспышками северного сияния, ненец, обдаваемый ледяными брызгами полярного моря. Ее можно встретить в болотистой низменности осторожно пробирающейся среди зарослей осоки, стараясь не замочить лап, и в чахлой полупустыне притаившейся за кустиком тыльной полыни, и в сыпучих раскаленных песках подкрадывающейся на брюхе из-за бархана к колонии песчанок, беспечно занятых стаскиванием в норы редкой пустынной растительности. Присутствие человека и его культуры мало стесняет лисицу, и она охотно грабит курятники, проникая в самое селение, или забегает на окраины городов, поедая на свалках различные отбросы. Словом, лисица встречается во всех разнообразнейших угодьях, разбросанных по нашей стране, которую населяет сплошь, исключая некоторые наиболее северные районы.

Проследим в общих чертах жизнь лисицы по временам года. Ранней весной, в марте—начале апреля, а иногда и раньше, в средней полосе, когда снег быстро сходит, обнажая на буграх пухлую, пропитанную талой водой почву, а в лесу сугробы осели и снег стал зернистым и грязным, у лисиц наступает время спаривания, «течка». Сада, обычно ночью, сидя по-собачьему и задрав кверху голову, начинают «подлаивать» самцов, издавая заунывное, глухое тявканье, заканчивающееся однотонным воем. Самцы отвечают тоже лаем, но более частым и нетерпеливым и собираются по нескольку штук к одной самке. Они прыгают вокруг нее, тявкают, заигрывают, а иногда ожесточенно дерутся между собой так, что шерсть летит клоками и капает кровь. Бывают случаи и со смертельным исходом, если более слабый не уступит во-время ноле сражения. Так длится несколько дней, а затем происходит спаривание. В апреле-мае имеет место линька, во время которой зверь имеет крайне неряшливый растрепанный вид, так как длинная зимняя шерсть сваливается клоками, уступая место короткой, блестящей летней шерстке. Беременность длится около 51 дня, после чего самка рождает в норе 4—6, редко 7—10 и даже 12 беспомощных, слепых лисят, покрытых густым темным мехом. 8 средней полосе рождение молодых падает на начало апреля. Норы бывают различного устройства. Часто лисицы пользуются старой барсучьей, а в степных районах и байбачьей норой или завладевают жилой норой, выгнав 1из нее хозяев. Но иногда можно наблюдать мирное сожительство в непосредственной близости лисиц и барсуков или сурков.

Нора в лесу располагается обычно в глухом «крепком» месте под корнями дерева, часто на склоне оврага. Она имеет весьма различную глубину, снабжена несколькими выходами и перед главным входом обычно имеется утрамбованная асуча вырытой земли — любимое место отдыха матери, наблюдающей за игрой своих детенышей Иногда нора устраивается на сухом месте, среди мохового болота, также на вырубках, поросших частым кустарником. Степные норы располагаются обычно в балках, в горных же местностях лисицы охотно устраивают свое жилье среди скал. Молодые проводят в норе 3—4 месяца, в течение которых мать нежно ухаживает за ними, сперва кормя их молоком недели 3—4, а позже — различными зверьками и птицей, которых добывает и самец, принимающий участие в выкормке щенков. По некоторым наблюдениям, если мать погибает, то отец берет на себя всецело воспитание детей. Уже в возрасте полутора месяцев лисята начинают отходить от норы, иногда за километр, но всегда в сопровождении одного из стариков, неустанно следящего за ними. К концу лета или началу осени молодые вполне подрастают, хотя и не достигают еще роста взрослого, выводок рассыпается, и каждый член его начинает вести самостоятельную жизнь, пользуясь норой как убежищем лишь в редких случаях, опасаясь от преследования или от суровой погоды. В конце августа (в средней полосе) начинает постепенно отрастать у лисицы зимняя шерсть, достигающая полного развития в ноябре, когда лисица, по выражению охотников, вполне «выкунивает». Всю зиму лисицы ведут одиночную жизнь. К концу же зимы наступает спаривание, к которому становятся способными и прибылые звери, т. е. прошлогоднего вывода, и годовой цикл таким образом замыкается.

Мы сказали, что лисица распространена по всему нашему Советскому Союзу, но это еще не значит, что на всем протяжении его водятся совершенно сходные лисицы. Напротив, зверь этот подвержен сильной и разнообразной изменчивости.

Наш пушной стандарт различает наряду с другими «видами», как-то: волк, выдра, горностай, корсак и т. д., пять «видов» лисиц: красную, караганку, сиводушку, крестовку и чернобурую. Такое разделение, выработанное долголетней практикой и преследующее чисто прикладные цели — классифицировать пушнину с точки зрения ее меховых качеств, вполне соответствует своему назначению, вполне законно. Но оно сильно расходится с научной системой, ставящей себе задачей выразить взаимоотношения животных форм, существующие в природе. С этой точки зрения все перечисленные пушные «виды» лисиц составляют лишь один зоологический вид, так как, несмотря на все свои различия, они связаны! друг с другом полным рядом переходов. Поясним это. Если мы будем сравнивать обыкновенную красную лисицу «с лисицей-караганкой, обитающей Среднюю Азию, то найдем целый ряд отличий и в общих размерах тела (караганка значительно мельче), и в окраске (в то время как общий тон северной лисицы ярко рыжий, у караганки преобладает серый цвет окраски), и в размерах ушей, которые у степной формы относительно крупнее, и т. д. Словом, отличия этих двух форм в общем настолько значительные, что всякий зоолог, зная только их, отнес бы караганку и северную лисицу к двум разным зоологическим видам. Караганка и была описана как особый вид и долгое время всеми считалась за таковой. Но в настоящее время этот взгляд оставлен, од мы считаем, что караганка относится к одному виду с обыкновенной лисицей. Чем же вызвана такая перемена во взглядах? Может быть, отличия этих двух форм лисиц по мере (более углубленного знакомства с ними оказались не столь существенными, как это полагали первоначально? Нет. Скорее, напротив, детальное изучение на большом материале еще больше убедило исследователей в постоянстве и значительности этих отличий. Может быть, удалось установить, что признаки, характерные для караганки, не наследственные, а зависят от внешней среды!? Подобно тому, как, скажем, человек загорает на юге под лучами яркого солнца, но при переезде на север загар сходит, так и отлития караганок неустойчивы и зависят от условий существования в среднеазиатских степях. Ведь и освещение, и влажность, и температура, и пища в Средней Азии и у нас на севере весьма различны, и они должны сказаться на животных, обитающих в столь разных условиях среды. Известно, например, что многие животные, перевезенные с юга на север, приобретают более длинный мех, и наоборот. Так, мускусная крыса, или ондатра, родиной которой являются северные части Северной Америки, где она: особенно многочисленна в Канаде и Аляске, в Чехии под влиянием умеренного климата утрачивает свой длинный и густой мех. Да и вообще попытки разведения северных пушных зверей в условиях относительно теплого климата оказываются неудачными, так как они утрачивают свои пушные достоинства. Влияют не только климат, но и пища, и свет, и вообще все внешние условия среды. Так, от кормления канареек пищей, к которой подмешан красный перец, оперение их становится красным, а у протея, живущего в естественных условиях в абсолютно темных подземных озерах, если держать его в аквариуме на свету, окраска темнеет, и зачаточные глаза получают большее развитие.

Но оказывается, что отличительные признаки обыкновенной лисицы и караганки не подходят под эту категорию наследственных видоизменений. Опыты содержания Караганове в зоологических садах с несомненностью доказывают, что отличительные признаки этой формы лисицы наследственны и не зависят от условий среды: сколько бы лет мы ни держали караганку на севере, она всегда останется караганкой. Нельзя сомневаться также и в том, что у караганок, воспитанных на севере, дети их тоже будут караганками. Что же тогда побудило исследователей соединить караганку и обыкновенную лисицу в один вид, раз отличия их и значительны и наследственны? Отчего изменилось отношение к ним со стороны исследователей?

Отношение к ним нисколько не изменилось, но взгляды ученых относительно взаимоотношения этих двух форм друг к другу действительно изменились. В то время как прежде полагали, что караганки и обыкновенные лисицы всегда резко отделены друг от друга, в настоящее время мы знаем, что это не так, что существуют переходные особи, связывающие типичных представителей этих двух форм. Ha севере мы встретим типичных красных лисиц, но по мере того, как будем передвигаться на юг, лисицы будут постепенно все более уменьшаться в размерах, становиться серее, уши у них будут удлиняться и т. д., пока, наконец, в Средней Азии мы не встретим настоящих караганок. Иначе говоря, разложив на столе лисиц так, что на одном крае его будут типичные северные, а на другом типичные караганки, а между ними особи из промежуточных областей распространения, мы обнаружим, что провести резкую границу и указать, где кончаются северные лисицы и начинаются караганки, крайне трудно и даже просто невозможно, так как некоторые особи с одинаковым основанием могут быть отнесены к северной лисице и к караганке.

Такие формы, которые хотя и сильно отличаются друг от друга и имеют определенную область распространения, но связаны переходными особями, в отличие от видов, называются подвидами. Под научное понятие подвид более или менее подходит и лисица-межеумок, населяющая степи Казахстана и связанная переходами как с красной лисицей, так и с караганкой. Что же касается пушных «видов» сиводушки, крестовки и чернобурой, то они с научной точки зрения относятся уже к другого рода категориям и изменчивости, так как в противоположность подвидам не имеют определенной и сплошной области распространения, а встречаются в виде отдельных особей если не на всем «пространстве распространения вида, то по крайней мере в большей его части. Так, чернобурая лисица, имеющая сплошь черную окраску и только конец хвоста обычно белый да кончики волос на спине беловатые, что придает ей серебристый оттенок, как редкое исключение встречается и в Сибири, и на Кавказе, и на Украине, и в горах, и в низменностях и т. д. Правда, в Сибири в общем чернобурые лисицы попадаются: чаще, но определенной приуроченности к известной области или к местности того или иного характера не существует.

Такие формы в науке известны под названием аберраций.

Пушные «виды», в свою очередь, делятся на ряд «кряжей», отличающихся мелкими признаками окраски, величины шкуры, густотой меха и т. д. и характеризующихся более или менее определенным районом распространения. Так, камчатский кряж красной лисицы распространен в районах Камчатском, Анадырском, Чукотском и Колымском. Но научное понятие подвид гораздо строже и определеннее, чем кряж, так как сортировщик, не задумываясь, относит отдельные особи лисиц, окажем, из Якутской республики, к камчатскому кряжу, если они по окраске ближе к нему, чем к собственному — охотскому.

Кроме настоящей лисицы в наших пределах водятся еще два вида лисиц: маленький корсак, обитающий степи юго-восточного угла Европы, Средней Азии и Забайкалья, и еще меньшая с большими ушами и длинным, чрезвычайно пушистым хвостом афганская лисичка, лишь изредка встречающаяся в Туркменистане и южных частях Таджикистана. В то время как последняя в связи со своей редкостью не имеет значения в пушном промысле, корсак играет известную роль.

В противоположность лисице, которая, как мы» видели, превосходно уживается в самых разнообразных условиях и не избегает близости человеческого жилья, корсак придерживается строго определенной стации, именно: он живет только в пустынных сухих степях и пустынях, где всегда селится вдали от человеческих поселений, в самых глухих местах.

Образ жизни этой скрытной лисички еще очень мало изучен. Как характерные свойства ее можно указать, что корсак гораздо больше связан с норой, чем лисица, и живет в ней не только летом, но и зимой, и что он является, по крайней мере отчасти, колониальным животным.

После этого краткого отклонения вернемся к непосредственно интересующей нас теме — к лисице. Черные лисицы, которые, как уже говорилось, встречаются в природе в виде редкого исключения, ценятся в пушной торговле чрезвычайно дорого. Поэтому вполне естественно могла возникнуть мысль о разведении черных лисиц в неволе.

Действительно, в 90-х годах прошлого столетия два канадских траппера (охотника) задались этой целью. Сперва они работали независимо друг от друга, а потом, случайно познакомившись, стали работать вместе. Воспитывая нескольких пойманных на воле черных лисиц, они тщательно изучили привычки и питание животных и стали добиваться их размножения в искусственных условиях.

Последнее оказалось очень трудной задачей, но в конце концов трапперы добились успеха. Помеси, полученные от скрещивания черной лисицы с обыкновенной, были частью черными, частью «сиводушками», т. е. имели черную грудь и брюхо и рыжую спину.

Отбирая для последующих скрещиваний исключительно чисто черных особей, трапперам удалось после 16 лет упорной работы вывести стойкую породу, потомки которой уже всегда были Черными, Это дало толчок к развитию лисоводства, которое в настоящее время развернуто и у нас в довольно крупных размерах.